Призрак коммунизма
На форуме: 21 г 183 д(с 07/03/2003)
Тем: 128 Сообщений: 375 Флеймы: 7 (1,9%)
Всего отчетов: 16 Москва и область: 16 |
|
Гео: Москва
|
Re: Пётр, Маша и другие Часть 2.
[ #673379 ]
20/12/2007 20:05:42
|
|
|
Часть 2
Вот уже несколько месяцев они жили вместе в квартире Петра. Были ли они счастливы? То, что наполняло их, не было счастьем - это было удивительное ощущение долгожданной полноты существования, ощущение, что они, наконец, нашли для себя то, за чем пришли в этот мир, и теперь можно спокойно и с удовольствием пить жизнь мелкими глотками, наблюдая за тем, как другие люди суетливо ищут счастье, которое вдруг пришло к ним само, какой-то нечаянной милостью господа Бога. Так пассажиры поезда, уже успевшие устроиться в уютном купе, снисходительно наблюдают за бедолагами, мечущимися по платформе в поисках своего вагона. Пётр удачно перешёл на другую работу, больше по командировкам не ездил и вечера они проводили вместе, не успевая наговориться за короткое время от возвращения с работы до «подготовки ко сну». Тематическим наклонностям они предавались свободно и страстно, и утром, на работе, осторожно усаживаясь в кресло выпоротой попой, Маша с удовольствием вспоминала прошедшую ночь. Но было нечто, что отравляло ей существование: вторая жена Петра – Ирка. Ира ушла от него год назад, но не оставляла Петра в покое и Маша, подозревая, что между Петей и Иркой что-то происходит, мучилась ревностью. И её прошлое тоже не отпускало. Она легко прекратила все отношения со знакомыми мужчинами, но вот Олег… Опять начались его звонки. Когда она видела на дисплее мобильника его номер - не отвечала, но запретить себе думать об Олеге Маша не могла. Слишком большим влиянием на неё обладал этот человек, слишком хорошо она понимала, что он сделал для неё своей страшной любовью. Как много в её жизни значило преображение забитой, запуганной, всеми презираемой серой мышки в уверенную в себе, красивую, желанную, любимую и любящую женщину. Маша знала, что после их разрыва Олег долго жил один, говорят, сильно пил. Потом взял себя в руки, бросил пить, выстроил успешный бизнес, женился, родил ребёнка. По служебным делам Олег много времени проводил в Москве, и когда он позвонил Маше незадолго до её встречи с Петром, Олег уже не разговаривал с ней снисходительно, как раньше, а, с удивившей Машу настойчивостью, предлагал жить вместе в те периоды когда он работает в Москве. Сказал, что любит её по-прежнему, что купит квартиру или дом для неё, обещал богатую счастливую жизнь… Маша пришла в смятение, но, после долгих размышлений, решила что быть московской полуженой в полубраке с украинским бизнесменом ниже её достоинства и отказалась. Потом её долго терзали сомнения, но вот в её жизни появился Петя и история с Олегом отошла на второй план. Тем более, что Олег, не ожидавший отказа, больше не звонил. И вот теперь появился опять. И Ирка эта чёртова, Петрова бывшая… Маша больше не писала стихов – тот тихий голос, который диктовал их раньше уже не был слышен за многоголосьем её путанных мыслей.
Вечером, когда они, потягивая мартини, смотрели кино, громко и неприятно зазвенел мобильник Петра. Пётр посмотрел на дисплей и вышел с телефоном в другую комнату. Когда он вернулся, Маша резко поставила бокал на стеклянный столик. - Опять она? Зачем она тебе звонит? - Проблемы у человека, поговорить надо, чего такого-то? Чего ты злишься, Машунь? - Зачем она тебе звонит? Почему тебе? Ты знаешь, что эта сучка тебя не любит и никогда не любила. Я тебя люблю, я. А она использует тебя, как последнего… А ты… а ты… Злость на Петра, на наглую Ирку, которая моложе её так намного, злость на себя за невозможность забыть Олега душили Машу и она наговорила Петру много лишних и несправедливых слов. Пётр пытался её успокоить, но потом обиделся, ушёл к себе и уткнулся в компьютер. Маша плакала в ванной. Ночью, они, не говоря ни слова, помирились. Но на следующий день, к концу рабочего дня, Маша почувствовала, что ей совсем не хочется идти домой. Что-то ушло из того, что было у них с Петей. Она не могла себе объяснить своего настроения, но что-то ушло и Маша видела, что виноват в этом Пётр и что она должна наказать его за это. Зазвонил мобильник – это Олег. «Вовремя», - Маша усмехнулась и сбросила звонок. Телефон снова запищал – смс-ка от Олега: «Ответь, прошу. Надо поговорить». Звонок – Маша вздохнула и взяла телефон, - Ну? Что у тебя случилось? - С тобой всё в порядке, Машенька? Мне сегодня приснилось, что тебя на скорой помощи отвезли в больницу. - О, господи, Олежек… В твои-то годы такими дешёвыми разводками пользоваться… - Это не разводка, Мария, я чувствую тебя, я знаю, что сейчас тебе плохо и я тебе нужен. - Проницательный ты, однако. И какие предложения? - Гостиница «Украина». Подъедешь – позвони. - Океюшки, милый. Маша тщательно поправила макияж, решительно закрыла кабинет и направилась к выходу.
Пётр ходил из угла в угол по пустой квартире и злился - его душила такая злость, какой он уже давно в себе не наблюдал. Маши до сих пор не было, её мобильный не отвечал и мысль, что с ней что-то случилось, Пётр отгонял, как розовые сопли, недостойные для человека, приучившего себя смотреть правде в глаза. «Обиделась из-за Ирки и мстит - ебётся с кем-нибудь. Из бывших с кем-нибудь… А то и с этим козлом, она говорила, что он недавно звонил… О-ох, блять, за что мне это? Но какая же сука! Ну какие же они все суки!» Пётр прошёлся по квартире. «На Ирку обиделась, тварь… Будет тебе Ирка!» Пётр набрал номер: «Ир, привет! … Можешь говорить? … А приехать можешь?… В баню, куда…Ко мне, естественно… Да, уехала…. Надолго… Иришь, я не шучу… Слушай, давай ты мозги парить своему кобелю будешь. Я, блять, тебя знаю, как облупленную - хочешь, чтобы помог – быстро ко мне… Я не злюсь, извини, тяжёлый день сегодня… Жду, милая».
Маша с Олегом сидели в его большом люксе и пили шампанское. Разговор не клеился, Маше было скучно и неуютно. Они не виделись десять лет. Идя на встречу, Маша волновалась – не слишком ли она постарела, не будет ли Олег разочарован? Но по его расширившимся глазам, Маша с гордостью убедилась, что она действительно стала интересней, чем была тогда, и что он этого не ожидал. А вот Олег совсем не изменился - как будто вчера расстались, ей показалось, что он даже одет был также. Но какой он стал скучный! Или он и был скучный, а она поумнела? Маша расспрашивала о их общих украинских знакомых, улыбалась, что-то рассказывала о себе, но внутри нарастала тревога. Встать и уйти было глупо – не за этим она сюда приехала, но оставаться на ночь ей уже совсем не хотелось. Она видела перед собой очень эффектного, но самодовольного, неинтересного мужика и не таким она его помнила и не такого ожидала от встречи. В её сумочке несколько раз долго звонил мобильник и Маша знала, что это Пётр. Её сердце сжалось. - Ну, ладно, Олежка, хорошо с тобой, да надо домой двигаться, спасибо что не забываешь. Олег помрачнел. – Тебе со мной скучно? - Ну что ты, Олежек, пора мне, позвони завтра… Маша встала, но Олег вскочил навстречу и, сильно сжав её плечи, посмотрел в глаза. Маша увидела, как сузились его зрачки и ей стало страшно, так же страшно, как когда-то, во времена их брака, когда он с таким же лицом приказывал ей принести ремень. Олег начал расстёгивать её блузку – Маша не решилась сопротивляться. Он раздел её до пояса, сильно сжал грудь, потом подтолкнул Машу к ванной. Халата в ванной не было и когда Маша, завернувшись в полотенце вернулась в комнату, она с ужасом увидела в руках у Олега длинный чёрный кожаный ремень со сломанной пряжкой. Тот самый ремень! Он молча кивнул головой в сторону постели. Дрожащая от холода и страха Маша неловко легла лицом вниз и замерла, уткнувшись лицом в ладони. Всё было так же, как и в те времена. Удар! Дикая боль пронзила её ягодицы. Удар! Удар! Маша впилась зубами в ладони, чтобы не заорать и сжалась, как только могла – лишь бы не шевельнуться. Олег бил не спеша и очень сильно. Бац! Бац! Бац! Бац! Бац!… Видя, что она не шевелится, Олег опустил ремень. Маша судорожно рыдала, вздрагивая. Олег наклонился к ней, пытался поцеловать, но Маша закрыла лицо руками. Олег обиженно засопел. Маша слышала, как он разделся, потом его руки прошлись по её телу… Олег сильно сжал руками её ягодицы и невыносимая боль пронзила её, но Маша опять сумела сдержать крик. Олег попытался перевернуть её лицом вверх, но Маша не давалась и Олег, навалившись, резко вошёл в неё сзади… Когда он кончил и, тяжело дыша, лёг на спину рядом с ней, Маша встала и, не замечая Олега, как будто его вообще не было в комнате, стала быстро одеваться. Голый Олег, подперев голову рукой, молча наблюдал за ней. Маша оделась, подошла к двери, повернула ключ в замке и оглянулась на Олега. Он, в той же позе, внимательно и грустно смотрел на неё Их глаза встретились и Маша увидела в глазах Олега боль, растерянность и безмерную тоску. Она презрительно улыбнулась ему и вышла из номера. Выйдя на улицу, Маша знала куда ей ехать – домой, к Пете, и пусть убьёт её. У Маши было ощущение, что она вышла с поминок - Олег умер, его больше нет и не будет. Пётр – единственный близкий человек, который у неё остался.
Маша остановила такси у въезда во двор – она хотела пройти пешком чтобы посмотреть на окна. В ночном дворе было тихо, первый снег шуршал по увядающим листьям. В спальне их квартиры горел приглушенный свет. Что он там делает? Ждёт её? Пьёт? Маша не решилась звонить и тихо открыла дверь ключом. И застыла – из спальни раздавались характерные звуки секса. Силы оставили Машу - она как куль опустилась на ящик для обуви, но сразу же встала от боли в попе и, как могла бесшумно, подошла к приоткрытой двери в спальню. Маша увидела в тусклом свете ночника спину и ноги Петра, энергично двигающегося между раскинутых ног женщины. Чтобы не упасть, Маша упёрлась руками в косяк и не могла оторвать глаз от любовников, но пара так была увлечена, что Машино появление прошло незамеченным. Пётр, громко дыша, двигался всё в более и более быстром темпе, а женщина, впившись ногтями в плечи Петра приподнималась ему навстречу, как бы подтягиваясь на нём. «Когда ещё увидишь своего трахающегося мужа со стороны», - пронеслось в голове у Маши. Вот женщина громко застонала, приподнялась ещё выше, как бы вылезая из под партнёра и Маша узнала Ирку – она видела её на фото. Ирка громко стонала, мотая головой во все стороны и раскачивая Петра. Наконец она обмякла, глубоко вздохнула, открыла глаза и… увидела Машу. Ирка была девушка тёртая и мало чего боялась в этой жизни, но, искажённое ненавистью лицо Маши, повергло Ирку в такой ужас, что она сначала окаменела, как при виде Медузы Горгоны со змеями вместо волос, а потом заорала так, что завыла собака в квартире соседей. Перепуганный Пётр скатился на пол, а Маша бросилась на Ирку и стала бить её по лицу, по груди, потом стащила за волосы на пол и стала бить ногами… Ирка была высокой и сильной, но появление Маши ввело её в такой ступор, что она не отбивалась, а только визжала. Пётр отполз в угол и ошарашенно смотрел на драку на постели. Но он первый опомнился, одел брюки, включил люстру и оттащил Машу, дав Ире возможность выскочить из комнаты. Маша рыдала, растянувшись на полу в куртке и сапогах, как и пришла с улицы. Слишком измотал её этот день и сил остановить слёзы уже не было. Только Ирка успокоилась быстро: рассмотрела себя в зеркало, подкрасилась, оделась, вызвала такси. Уже у входной двери, она выразительно посмотрела на Петра. Тот хмыкнул, достал кошелёк из кармана куртки и сунул ей несколько купюр. Ирка поджала губы, пожала плечами и исчезла. Пётр и Маша остались вдвоём.
Пётр сидел в кресле и гладил по волосам Машу, уткнувшуюся в его колени. По его щекам текли слёзы. Он поднял Машу, снял с неё куртку и сапоги, положил на постель, раздел, накрыл одеялом. Раздевая Машу и увидев багровые следы на её попе, Пётр вздрогнул. - С кем ты была? - С ним, с Олегом. - С кем?! - С Олегом, с первым мужем. - Однако! Ну и? - Петя, на кого я убила четыре года жизни! Зачем я пошла к нему?! Я так много думала о нём…, - Маша всхлипнула, - И из тебя пыталась сделать второго Олега… К счастью, не получилось… - И что он с тобой делал? - То же, что и раньше, что же ещё… Десять лет прошло, а он… Он ничего не понял и ничему не научился… Не спрашивай о нём, он умер для меня. Но ты! Как ты мог! Я так тебя люблю! Зачем? Зачем ты трахался с этой сучкой! Зачем ты привёл её сюда? - Затем, блять, что не хера за моей спиной с другими мужиками амуры разводить! С тех пор, как мы вместе, я тебе не изменял и не собирался. Ты сама меня толкнула к ней своей дебильной ревностью. Маша подняла голову: - Петенька, прости меня., - Маша опять заплакала, - Господи, какая я дура! Я сделаю всё, всё, что ты хочешь. Не изменяй мне больше. - Да я и не собирался… А ты вот что мне скажи, Машенька… Вот скажи, что оказалось легче пережить - насилие или игры любви? Маша задумалась и долго молчала. - Знаешь, после всего, что со мной сделали те ублюдки, моё сердце окаменело. Я думала, что это навсегда, что любовь для меня недоступна. Олег оживил моё сердце - я узнала, что такое любовь. А потом он снова его заморозил. И пережить две такие операции – это уж слишком. И я сказала себе: с телом – всё что угодно, мне это нужно, чтобы трупом себя не чувствовать. Но душу, но сердце - не трогать! Но, ты Петя… Твоя любовь, твоя нежность… Моё сердце снова живёт и любит, моё тело снова живёт и любит. И насилие для них непереносимо. - А игры любви? - Поиграть-то можно. Только помнишь, ты говорил пословицу, как отец сына бил - не за то, что играл, а за то, что отыгрывался. Вот и мы с тобой отыгрались друг на друге, какие дураки… Но я теперь знаю, нам с тобой отмерено сто лет, сто бед и море счастья. Поцелуй меня и открой окно. А за окном мало-помалу рассеивалась тьма и новый рассвет уже светился яркими красками золотой осени.
|
|